Сейчас Вы находитесь ЗДЕСЬ:  ГЛАВНАЯ / Новости / Как примириться с ошибками в теннисе, играя на пределе возможного. Часть 3. Так почему мы мажем?

Как примириться с ошибками в теннисе, играя на пределе возможного.
Часть 3. Так почему мы мажем?

Продолжаем публиковать переводной материал словенского теннисного наставника Томаса Менцингера.
Первая часть статьи здесь
Вторая часть статьи здесь


Если вы примете как данность, что ошибки неизбежны, тогда мы можем перейти к осознанию их причин.

1. Вы недостаточно четко знали, что именно нужно делать.

На мой взгляд, это первая причина ошибок в теннисе.

Большинство информации, которую мы получаем о теннисе, приходит в виде технических инструкций. Однако я уверен, что теннисная техника – самая последняя и самая нераспространенная причина ошибок в теннисе.

В большинстве случаев причина – в голове.

Перед контактом с мячом у вас должна сложиться в мозгу четкая картинка траектории, по которой полетит сыгранный вами мяч. Ктоме того, этот воображаемый полет мяча должен появиться достаточно рано, чтобы ваш мозг мог обработать всю необходимую информацию, а у вашего тела и конечностей было достаточно времени для перемещения и подготовки удара. Который пошлет так пошлет мяч по желанной траектории.

Проще говоря – чтобы ударить мяч в корт, вам нужно четко ЗНАТЬ, как вы хотите послать мяч, и вы должны ЗНАТЬ это в первые полсекунды после того, как мяч покинет струны вашего соперника.

Для большинства любителей и юниоров игра развивается слишком быстро чтобы они могли принимать верное решение в каждой ситуации. Совместите это с недостатком высокоуровневой координации, нужной для удара по мячу, недостаточным чувством ритма и физической невозможностью видеть быстролетящий мяч в момент удара – и придется удивляться, как вообще любители да юниоры умудряются попадать мячом в корт.

По моим наблюдениям, большинство любителей и юниоров просто пытаются задать направление движения мяча, не особо обращая внимания на глубину удара и еще меньше размышляя о высоте мяча над сеткой.

Потом они удивляются – почему мяч попал в сетку.

Сколько я ни спрашивал у игроков, которые попали в сетку, знали ли они высоту полета мяча перед ударом, в 95% случаев я получал отрицательный ответ. Игрок знал только направление.

Похоже, высота для многих является слишком сложной переменной, чтобы включить ее в процесс принятия решения о предстоящем ударе.

Поэтому прежде чем вы начнете исправлять вашу технику ударов, подумайте – обладаете ли вы четким видением воображаемой траектории мяча, прежде чем нанести удар. И на какой высоте над сеткой вы хотите послать мяч?

Если вы этого не знаете – забудьте о технике, и обеспечьте для начала программирование пути полета мяча!

Это значительно уменьшит количество совершаемых вами ошибок.

Однако вы все равно будете совершать их, потому что…

2. Вид спорта слишком уж сложный

Проще говоря, любой вид спорта задуман таким образом, чтобы для человека было сложно контролировать его на все сто процентов.

Кольцо в баскетболе специально сделано небольшим, чтобы человек не мог выбивать 100% мячей. Если бы, к примеру, баскетбольное кольцо было в диаметре метра три, и линия штрафного броска находилась в полуметре от него, тогда 100% попадание было бы возможно.

Вполне в человеческих силах этого добиться.

Однако баскетбол сознательно создавался так, чтобы человек не смог совершать успешно все 100% попыток; поэтому вероятность ошибок существует.

Именно поэтому – из-за вероятности ошибки, спорт так интересен и непредсказуем.

В теннисе тоже, если бы подающий стоял в метре от сетки и направлял подачу в зону подачи, он смог бы выполнить все сто процентов своих вторых подач. Однако правила тенниса диктуют другие условия, и поэтому мы не можем точно предсказать результат.

Все мы довольно ограничены в своих возможностях. Хотя теннис выглядит довольно простой игрой (если наблюдать со стороны), на самом деле это один из самых сложных в координационном плане видов спорта.

Если вы попросите двух обычных взрослых людей без специальной спортивной подготовки поиграть в настольный теннис или бадминтон, они уже через пятнадцать минут смогут обмениваться ударами и выполнять розыгрыши.

Если же вы пригласите их на теннисный корт, в течение часа они не смогут сделать четыре удара подряд. Да и в течение следующих 5 часов тоже.

Лично я знаю, что допущу ошибку в обмене ударами – если, конечно, мой соперник не сделает этого раньше.

Поэтому мое отношение к ошибкам следующее: Это не «Я» промахнулся – поскольку это не «Я, Томас» сделал следующее:

  • - просчитал время удара,
  • - послал команды к моим 650+ мышцам тела,
  • - скоординировал их в нужной последовательности в короткий промежуток времени и
  • - попытался вывести ракетку в точку контакта с маленьким движущимся мячиком, да еще и так, чтобы тот попал ровно в небольшое ударное пятно моей ракетки,
  • - да при этом еще и попытался направить мяч в нужном направлении и с нужной скоростью
  • - не забывая, по ходу, сохранять равновесие моего тела.

Нет, это не «Я, Томас» сделал это. Не знаю, как вы – а я совершенно неспособен справиться с такой сложнейшей задачей.

Это сделал мой мозг.

Тимоти Голвей называл это Второе Я.

За овладение моторными навыками отвечает мозжечок, не «ВЫ». Однако теперь мы можем называть непонятное и туманное «Второе Я» более научным термином – «мозжечок».

Именно он ответственен за движение, координацию мышц и равновесие. Он учится методом проб и ошибок – но никак не осознанным мышлением. Он учится на ощущениях и получением обратной связи. Когда дитя учится ходить, оно посылает сигналы к мозжечку. Детка хочет ходить, а мозжечок хочет ему помочь.

Однако мозг еще не знает, какие сигналы и когда посылать к каким мышцам. Поэтому попытки продолжаются, и обучение происходит методом проб и ошибок. Каждая ошибка дает мозжечку корректировку - что нужно попробовать сделать по-другому. Со временем, дитя осваивает ходьбу, а потом и бег.

Учится ходить не малыш – а его мозжечок.

Подобно этому, не «Я – Томас – мое сознательное эго» не научился хорошо бить по теннисному мячу. Это мой мозжечок – или, для простоты, мой «мозг».

Фактически, мой мозг выполняет все эти сложнейшие функции. Просто сохранять вертикальное положение – нетривиальная задача. Не говоря уже о координации всех мускулов во времени, чтобы я смог послать тенисный мяч через сетку.

Итак, когда я промахиваюсь, это не «Я» совершаю ошибку, а мой мозг.

И поэтому я не отношусь к ошибкам как к личной обиде.

Себя я призываю к ответу только в том случае, если я не запрограммировал траекторию мяча и точную цель, и не сформулировал эту цель внятно моему мозгу. В таких случаях именно «Я» отвечаю за ошибку.

Я знаю, что:

Мой мозг проделал исключительно сложные расчеты за предельно короткий промежуток времени, и что чем сложнее система тем больше вероятность ошибки.

Я не начал играть в теннис в четыре года, поэтому не развил лучшие качества, на которые способен мой мозг. Никто не стимулировал мой мозжечок сложными упражнениями в том возрасте, когда мой мозг был наиболее пластичен и мог обучаться максимально эффективно. Я не играю в теннис каждый день (с серьезными нагрузками и в трудных ситуациях) – потому мой мозжечок не получает достаточно стимулов, чтобы оставаться на пике своей активности. Его вычисления не настолько хороши, как в мои молодые годы – когда я играл 3-5 часов в день против сильных соперников.

Я не мотивирован выкладываться на все 100% при каждом ударе, поэтому и внимания у меня недостаточно, чтобы мозг работал на пределе возможностей. Я не собираюсь слишком напрягаться для качественного перемещения и позиционирования на корте – мне ведь просто нужно перебить мяч через сетку.

Итак, вы всегда немного «притормаживаете» и выказываете неготовность делать то, что нужно для исполнения хорошего удара. Ваши шансы на ошибку увеличиваются.

Если я знаю все это, то не вижу смысла расстраиваться по поводу очередной ошибки. Более того – чудом можно считать тот факт, что я могу перебить через сетку так много мячей, и перебить их довольно неплохо, когда мой мозжечок работает вполсилы.

Ошибки в теннисе были всегда, они есть и будут

Знаете ли вы, что если изменить угол наклона головки вашей ракетки всего на один градус при ударе с задней линии, точка приземления мяча изменится на 41 см?

Читайте продолжение - Часть 4. Как вредит вашей игре отрицательное отношение к ошибкам?